Интервью с Паатой Закареишвили
2025 год оказался насыщенным событиями для Абхазии. Он также был интересен с точки зрения грузино-абхазского контекста и геополитических изменений, связанных с региональными конфликтами. Предлагаем вам интервью с Паатой Закареишвили, в котором конфликтолог подводит итоги важнейших политических вопросов прошедшего года.
В прошлом году в Абхазии прошли де-факто президентские выборы, в результате которых Бадра Гунба стал де-факто лидером региона. Как бы вы оценили эти выборы и необычно открытое вмешательство России в эти процессы?
Да, эти выборы отражали значительный поворот в политике России по отношению к Абхазии. На протяжении многих лет Москва открыто не вмешивалась в абхазские выборы. Последний раз это случилось во время противостояния Багапша и Хаджимбы, и даже тогда эта активность оказалась контрпродуктивной для России.
С тех пор Россия открыто не вмешивалась в вопрос выборов, так как было очевидно, что такой подход вызывал волнение среди абхазов. Там все являются сторонниками России, и никому не нравились грубые вмешательства во внутренние дела. Спустя много лет это первый случай, когда Россия принципиально и целенаправленно вмешалась в абхазские выборы.
Причина же этого в том, что, по всей видимости, им стоило того получить такую местную власть, которая в критической ситуации не отступит от интересов России. В геополитическом контексте у России нет проблем в Абхазии. На фоне международных санкций ясно видно, что Россия нуждается в Абхазии в совершенно другом направлении, и именно это является одной из ведущих тем 2025 года.
Россия нашла для Абхазии новую функцию, притом с использованием фактора Грузии. Территорию Грузии, которую она сама же признала независимой, Россия теперь использует именно как территорию Грузии, а не как независимую политическую единицу.
Гунба во время Бжании был вице-президентом, ни во что не вмешивался и вел себя тихо, но оказалось, что у него были определенные амбиции и готовность исполнить свою роль. А роль эта заключается в том, чтобы быть надежной фигурой России, лицом, облеченным её доверием. Гунба полностью берет на себя обязательство по «отбеливанию» российского империализма. Как бы Россия ни унижала абхазов — Гунба это отбеливает и берет на себя.
Де-факто президент Абхазии должен быть лицом, облеченным доверием России — это своего рода аксиома, но чем Гунба превзошел Адгура Ардзинбу, своего главного конкурента? Какой такой уровень покорности предложил Гунба, что команда Ардзинбы не смогла убедить российскую сторону сделать ставку на них?
Думаю, дело здесь простое. Гунба был представителем прежней де-факто власти, вице-президентом, и при его поддержке русским не пришлось бы осуществлять какие-либо серьезные, коренные политические изменения в Абхазии. Адгур Ардзинба был бы таким же покорным, как Гунба сегодня, но если бы он победил, в Сухуми пришла бы новая команда с новыми амбициями, и русским понадобилось бы удовлетворять новые интересы.
Россия не стала утруждать себя лишними рисками. Они могли бы пустить процессы на самотек, Ардзинба тоже мог победить, и сегодня ситуация была бы точно такой же, ничего бы коренным образом не изменилось. Но это вызвало бы у абхазов ощущение, что они крутые, что они справились с российским давлением, с российским прессом.
Россия показала им, что они не справились, и показала, что ситуацией в регионе управляет Кремль. Россия могла бы отойти в сторону и не вмешиваться, но сейчас было не время для этого. Они не достигают успехов в Украине, против них ввели санкции, и в это время давать абхазам почувствовать, что они крутые — вот это не устраивало Кремль.
Русские понимают, что их неудача усиливает других. После начала войны в Украине во многих странах на постсоветском пространстве [страны Центральной Азии, Азербайджан] укрепилось самосознание, что с Россией можно спорить и даже что-то требовать — это чувство могло возникнуть и у абхазов.
Так что здесь речь не об ошибках Ардзинбы. Он просто оказался в неправильном месте в неправильное время. Было не его время. В этом вмешательстве проявился примитивный российский империализм. Такое отношение у них не только к абхазам, то же самое проявляется и в отношении Грузии. Именно примитивный империализм заставляет русских думать и действовать по следующей логике: Грузия или другая страна не может достичь успеха в чем-то или успешно работать с Россией. Другой обязательно должен быть неуспешным в этих отношениях, и Кремль обязательно должен диктовать другому, как себя вести.
Давайте коснемся вопроса, который несколько раз активизировался в прошлом году — транзита через Абхазию. Есть мнение, что после признания Абхазия потеряла функцию для России, но война в Украине создала эту функцию — транзит для обхода санкций. Насколько Абхазия выполняет эту роль?
То, в какой форме в Абхазии построили Гальский терминал и как собираются его использовать, свидетельствует о том, что Россия не смотрит на Абхазию должным образом. Она наделяет её только функцией территории, а не политической функцией. Абхазов никто не спрашивает. Русские спрашивают Грузию, но абхазов — нет.
Мне кажется, с абхазами разговаривают с очень унизительной позиции. Русские не создают у абхазов ощущения, что те приобрели какую-то новую роль. Абхазия просто оказалась уникальной «черной дырой»: нигде больше, ни в одной из соседних стран у России нет такой серой зоны, где груз может войти на территорию одной страны, а затем переоформиться как российский груз.
Разве регион Цхинвали не обладает этими признаками, чтобы быть использованным для транзита? Почему такой акцент делается на Абхазии?
В Абхазии есть железная дорога, аэропорт и морские порты, в то время как Цхинвали закрыт, и подобной инфраструктуры там даже нет. Если России станет очень трудно, она использует и путь через Цхинвали, но сегодня в этом нет необходимости. На Ларсе строятся туннели, автобан, и этого достаточно.
Абхазия же уникальна — теплое море, дороги не закрываются. Русским больше нужны не порты, а Гальский терминал. Груз, зашедший в Поти, будет зафиксирован как груз Грузии, а что происходит за пределами Поти — этого никто не сможет проконтролировать. Гали — это территория Грузии, и международные организации не смогут осуществлять мониторинг груза, попавшего туда. Гали не контролируется, и Тбилиси скажет, что не знает, что там происходит.
Однако этот вопрос всё же нуждается в проверке, так как по этой схеме закон об оккупации может нарушаться в каком-либо аспекте. Тему оккупации Россия идеально использовала для осуществления этого несанкционированного транзита.
Если можете, опишите нам схему этого несанкционированного транзита. Похоже, акцент делается на ввозе груза в Россию извне через Абхазию, а не наоборот. Какова эта схема в реальности: откуда идет груз, какой маршрут используют?
Я думаю, в этот процесс вовлечены Иран, Турция, и потенциально любая страна может его использовать. Одним из главных пунктов транзита является порт Поти, где осуществляется контейнерное сообщение. Схема, предположительно, следующая: груз из третьей страны заходит кораблем в порт Поти и регистрируется как груз Грузии.
Здесь главное, чтобы в документах конечным пунктом назначения груза была Грузия. Поэтому я думаю, что иранские грузы тоже заходят в страну по этому маршруту. У Ирана есть и Каспийское море, и они используют и тот маршрут, но этот путь рискован, так как им нельзя скрыть торговлю с Россией в обход санкций.
Когда груз из любого уголка мира зайдет в порт Поти, он будет перегружен и затем войдет в Гали. Куда пойдет этот груз — в Гори, Кутаиси или войдет в Гали и оттуда в Россию — проверить это практически невозможно. Этот груз из Поти зайдет на Гальский терминал, будет переоформлен, загружен на новые трейлеры и превратится в российский груз.
Думаю, что Очамчирский порт больше работает на экспорт, чем на импорт, в то время как Гальский терминал обслуживает грузы, зашедшие в Абхазию. Из Гали груз может пойти в Россию по железной дороге или из Сухумского аэропорта воздушным путем.
Вероятно, кто-то и у нас, и у абхазов сделает на этом деньги. То, что у нас элитарная коррупция — думаю, тема не бесспорная. Очамчирский порт может использоваться для секретного оружия или небольшого количества грузов, так как это рискованный путь и его легко контролировать.
Есть мнение, что транзитное сообщение на Ингури де-факто уже действует. Некоторые считают, что трейлеры ездят активно. Что думаете вы, насколько увеличилось это сообщение на мосту через Ингури?
Не думаю, что темп вырос. Возможно, трейлеры ездят, но о каком-либо росте частоты я не слышал. Скрыть это тоже было бы трудно, это не утаишь. Гальский терминал — большое место, и его мониторинг легок даже со стороны Рухи, и там тоже мониторинг захода грузов будет легким. Пока этот терминал не работает, но если бы он работал, скрыть это было бы трудно.
Не создает ли Гальский терминал аналог Эргнетского рынка для Грузии? Видите ли вы между ними какое-либо сходство?
В Эргнети был стихийный рынок, и затем этот процесс оседлали мафия и коррупция. После революции власть грубо остановила этот процесс. В той форме рынок не мог остаться из-за нарушений закона, но в какой-то форме этот формат должен был сохраниться. В Эргнети было вовлечено население. Эргнети был на нашей контролируемой территории, а Гальский терминал — за Ингури, и его контролируют только русские, они не доверяют это дело даже абхазам.
В то же время в Эргнети торговал почти весь Кавказ, так как он географически находился в центре. Здесь торговали армяне, азербайджанцы и другие. Эту функцию уже много лет выполняет рынок Лило. Кроме того, налаживаются отношения между Арменией и Азербайджаном, и прямая торговля, вероятно, восстановится.
Гали не сможет выполнить функцию Эргнети, и я не думаю, что Гальский терминал превратится в подобный торговый центр. Грузино-абхазские торговые отношения уже сформированы годами. Они уродливы, нелегальны, но они такие, какие есть.
В Абхазию заходит и мебель из Кутаиси, и много других продуктов и вещей. Грузино-абхазские незаконные торговые отношения налажены годами, и терминал не сможет принести ничего дополнительного.
Что скажете о российских санкциях — нескольким абхазским журналистам присвоили статус иностранного агента, нескольких оппозиционных политиков лишили российского гражданства, а против некоторых возбудили и уголовные дела. С какими процессами мы имеем дело?
Это одно из проявлений процесса укрощения Абхазии. Абхазы, знайте свое место, знайте, что вы говорите, когда и как вы говорите — вот что говорят им русские. Они открыто показывают: мы сейчас наказываем нескольких, но знайте все, что мы доберемся и до вас. И я думаю, что русские этим шагом даже успокоили ситуацию. Многие замолчали. Та же начатая пиар-кампания против Ардзинбы, антитурецкая кампания и другие — это проявления этого процесса.
Эта экзекуция против абхазов является в то же время проявлением новой политики — русские готовят почву, чтобы зачистить поле и сопротивление для будущих тяжелых решений.
Готовят почву, чтобы после следующих парламентских выборов заставить абхазов беспроблемно принять соглашения об инвестициях и другие типы договоров. Органы местного самоуправления тоже в этом смысле зачистили этой осенью — поддерживающие Гунбу силы укомплектовали почти все местные органы.
Какие настроения вы заметили у самих абхазов в прошлом году, как они смотрят на эти процессы?
Думаю, что абхазы устали. Они ждут окончания войны в Украине и готовятся к уступкам. Они видят, что Грузия уступила, и в такой среде сила сопротивления абхазов иссякает. Грузия России и не помогает, и не мешает что-то делать в Абхазии, и абхазы это тоже чувствуют.
Главная проблема в том, что в Абхазии уже больше не говорят и не рассуждают о будущем. Международная ситуация меняется, и мир выстраивается по-новому. Вот где в этом новом мире будут абхазы — обсуждение этого среди абхазов больше не ведется.
Для них традиционная картина, что Россия существует вечно и Кремль является их покровителем — эта гарантия исчезла. Россия больше не видится как стабильный, постоянный фактор. Возможно, по окончании войны в Украине от России потребуют вывода войск со всех незаконно занятых территорий.
И Бидзина Иванишвили не вечен, возможно, и Грузия очнется, и России придется вывести войска. Обсуждения этих будущих вопросов среди абхазов больше не наблюдается вовсе.
